Ты умеешь хранить секреты? - Страница 21


К оглавлению

21

Следует пауза.

— Думаете, я собираюсь вас наказывать? — хмурясь, спрашивает наконец Джек Харпер.

Какая жестокость! Как он может быть таким бесчеловечным?!

— Да. Вы должны понять, что я никогда не упомянула бы о деталях своей биографии, если бы знала, кто вы! Это… это все равно что ловушка для мух! И если бы все это происходило в суде, судья не признал бы это доказательством! Вам бы даже не позволили…

— Ваша биография? — Со лба Харпера исчезает морщинка. — А! Отличная оценка в вашем резюме! — Он пронзает меня осуждающим взглядом. — Должен заметить, это фальсификация.

Слышать это невыносимо. Лицо горит все сильнее.

— Знаете, многие сочли бы это мошенничеством, — добивает меня Джек Харпер, разваливаясь в кресле.

— Вероятно. И я сознаю, что поступила нехорошо. Мне следовало… Но на мою работу это не влияет и вообще ничего не значит.

— Вы так считаете? — Он задумчиво покачивает головой. — Не знаю. Изменить оценку с С на А… Ничего себе прыжок! А если нам понадобятся математические вычисления?

— Я знаю математику! — выпаливаю я. — Задайте любой вопрос. Ну давайте, не стесняйтесь.

Вот так.

Его губы как-то странно подрагивают.

— Восемью девять?

Я смотрю на него: сердце трепыхается, в голове пусто. Восемью девять. О'кей. Девятью один — девять. Девятью два…

Нет. Лучше так: восемью десять — восемьдесят. Минус восемь… это…

— Семьдесят два! — кричу я и сжимаюсь, когда замечаю легкую улыбку. — Семьдесят два, — повторяю я уже спокойнее.

— Прекрасно. — Он вежливо показывает на стул. — Итак, вы закончили свою речь или хотите добавить что-то еще?

Я смущенно тру щеку.

— Вы… вы не уволите меня?

— Нет, — терпеливо отвечает Джек Харпер. — Не собираюсь. Теперь мы можем поговорить?

И тут в мою несчастную голову закрадывается ужасное подозрение.

— Вы… — Я откашливаюсь. — Вы хотели меня видеть из-за резюме?

— Нет, — мягко говорит он. — Не из-за резюме.

Я готова умереть.

Умереть прямо здесь и сейчас.

— Ясно.

Приглаживаю волосы, пытаясь собраться с мыслями. Надо взять себя в руки. Выглядеть сдержанной и деловитой.

— Ясно. Так что же вы…

— Хочу просить вас о небольшом одолжении.

— Ясно! — Я мгновенно оживляюсь. — Все, что угодно. Но… что именно?

— По некоторым причинам, — медленно начинает Джек Харпер. — я предпочел бы, чтобы никто не знал о моей поездке в Шотландию на прошлой неделе.

Наши глаза встречаются.

— Мне очень хотелось бы сохранить нашу встречу в секрете.

— Конечно, — киваю я, немного помолчав. — Разумеется. Я буду молчать.

— Вы никому не говорили?

— Нет. Никому. Даже своему… словом, ни одному человеку. Никому.

— Прекрасно. И большое спасибо. Я ценю вашу сдержанность. — Он улыбается и встает. — Рад был снова встретиться с вами, Эмма. Уверен, мы еще не раз увидимся.

— Это все? — ошеломленно спрашиваю я.

— Все. Если вы ничего больше не желаете обсудить.

— Нет! — Я поспешно вскакиваю, больно ударясь щиколоткой о ножку стола.

Ну а что я себе вообразила? Что он попросит меня возглавить новый перспективный международный проект?

Джек Харпер вежливо открывает мне дверь. Уже у выхода я оборачиваюсь:

— Погодите…

— В чем дело?

— Что мне ответить, если спросят, зачем вы меня вызывали?

— Почему бы не сказать, что мы обсуждали проблемы логистики? — предлагает он и закрывает дверь.

6

До конца дня в офисе царила праздничная атмосфера. Одна я сижу на месте, не в силах поверить в случившееся. И даже вечером, по пути домой, мое сердце по-прежнему колотится — слишком необычный оказался день.

И как все несправедливо!

Он чужой, незнакомый человек. И должен был таким оставаться. Весь смысл разговоров с незнакомцами заключается в том, что они растворяются в воздухе и никогда больше не возвращаются. Не появляются в вашем офисе. Не спрашивают, сколько будет восемью девять. Не оказываются вашим мегабоссом и работодателем.

Что ж, могу сказать: пусть это будет мне уроком. Недаром родители всегда твердили: не разговаривай с незнакомыми людьми, не разговаривай с незнакомыми людьми. И были правы. Больше я слова не скажу незнакомцу. Ни за что.

Сегодня мы с Коннором договорились встретиться у него в квартире, и, переступив порог, я чувствую, как становлюсь легкой словно воздушный шарик. Какое счастье оказаться подальше от офиса! От бесконечных разговоров о Джеке Харпере. И Коннор уже готовит ужин. Просто рай!

Из кухни распространяются восхитительные запахи трав и чеснока, а на столе уже ждет бокал с вином.

— Привет! — восклицаю я, целуя Коннора.

— Привет, дорогая, — кивает он, не отходя от плиты.

Черт! Я совсем забыла сказать «дорогой»! Как же мне это запомнить?

Идея! Запишу на руке!

— Взгляни. Я скачал это из Интернета, — объявляет Коннор, широко улыбаясь и показывая на папку.

Я открываю ее и вижу зернистый черно-белый снимок комнаты с диваном и каким-то растением в горшке.

— Квартирные объявления… — растерянно констатирую я. — Здорово! Быстро ты справился! А я еще даже не предупредила хозяйку о переезде!

— Нужно же когда-нибудь начинать, — резонно возражает Коннор. — Смотри. Здесь балкон. А вот квартира с действующим камином.

— Отпад!

Я сажусь на ближайший стул и разглядываю нечеткий снимок, пытаясь представить себя в этой квартире вместе с Коннором. Здесь мы будем проводить все вечера. Только вдвоем. И так неделя за неделей. А может, месяц за месяцем…

21